26 мая 2010 г.

Желтый свет «зеленой» энергетики

Алина ПОЛИЩУК, Киевский телеграф, 25 мая 2010

Правительства разных стран старательно подогревают интерес частных инвесторов к весьма перспективному рынку НВИЭ (нетрадиционные и возобновляемые источники энергии). За время независимости наше государство тоже приняло множество различных программ развития данного сектора, во многом схожих с европейскими. Однако до полноценной реализации дело никогда не доходило. Последняя гордость законодателей — "зеленый тариф". Его основные механизмы уже зафиксированы в профильном законе, но ключевые подзаконные акты до сих пор не приняты...

Полтора года назад, в декабре 2008-го, Европарламент принял директиву, согласно которой 27 стран ЕС к 2020 году должны довести использование возобновляемых источников энергии до 20% ее общего объема. В некоторых странах Европы этот показатель уже превысил 20%. Например, в Дании только ветроэнергетика обеспечивает 21,3% всей энергии в сети, в Финляндии и Швеции за счет биомассы идет 20—25% производства тепла. Ежегодные мировые показатели роста использования солнечной энергии в среднем оцениваются в 60%, ветровой — примерно в 30%. Рост является настолько интенсивным, что уже в текущем году НВИЭ, по прогнозам, займут второе место после угольной по производству энергии.

Компенсации к тарифам на энергию, получаемую от НВИЭ, являются основным стимулом развития нетрадиционной энергетики в Германии, Испании, Дании. В Великобритании, Бельгии, Болгарии, Италии, Польше, Румынии и Швеции производители экологически чистой энергии получают так называемые "зеленые" сертификаты, посредством которых государство обеспечивает им одинаковую доходность независимо от вида используемого НВИЭ. Кроме того, существуют еще и национальные особенности поддержки альтернативной энергетики. В Чехии, например, производители "зеленой" электроэнергии освобождаются от уплаты НДС, а в Нидерландах, Франции и Швеции потребители всех видов "чистой" энергии освобождаются от экологических налогов.

В Украине производство энергии из альтернативных источников в прошлом году составило около 7% (учитывая крупные ГЭС) всей производимой в стране энергии. Между тем, по расчетам энергетиков, технически возможный гидропотенциал страны составляет 8,3 млрд. кВт·ч. На сегодняшний день освоено только 5%, а работает всего 67 малых гидроэлектростанций. Использование ветропотенциала тоже до смешного мало: за год украинские ВЭС производят в среднем около 100 МВт, что в 35 раз меньше, чем в Испании, немного уступающей Украине по площади. К сожалению, такая же ситуация складывается и с использованием энергии солнца и биомассы, геотермальной энергии и прочих НВИЭ.

При этом, по прогнозам НАНУ, до 2050 года Украина реально могла бы выйти на замещение 50% потребляемых ископаемых источников энергии за счет возобновляемых и нетрадиционных.

Одной из мер стимулирования мероприятий по энергосбережению должны были стать налоговые льготы. А именно: акцизный сбор по нулевой ставке для производителей биотоплива, освобождение от уплаты ввозной пошлины и НДС-операций по импорту не производимых в Украине техники и оборудования и освобождение от налогообложения прибыли сроком на 10 лет.

При этом украинские производители оборудования для изготовления биотоплива в перечень льготников почему-то не попали — держава не сподобилась разработать для них правила для занесения в соответствующий госреестр. Как и список для импортного (а значит, не облагаемого налогом) оборудования. Что же касается производителей биотоплива, которые с начала текущего года де-юре могут не платить налог на прибыль, то высвободившиеся деньги они обязаны направлять на проекты по снижению себестоимости продукции. Хотя внятного механизма контроля за этим процессом тоже нет.

"К сожалению, еще несколько лет назад в этом важнейшем вопросе имела место некая бессистемность, — рассуждает глава Национального агентства Украины по вопросам обеспечения эффективного использования энергетических ресурсов (НАЭР) Сергей Ермилов. — Только в последнее время политика энергоэффективности и энергосбережения начала приобретать формы, которые смогут привести наше государство к крайне необходимому результату. В частности, сегодня уже на 90% построено законодательное и нормативное поле, которое одновременно адаптируется к европейскому законодательству. Принята Государственная целевая программа энергоэффективности до 2015 года, разработаны 17 отраслевых программ, в процессе разработки и принятия находятся 26 региональных программ по развитию альтернативной энергетики. Кроме того, есть еще целевые программы — "Биотопливо", "Ветроэнергетика", "Метан", а также определенные наработки концепции по синтетическому газу. Осталось все это профинансировать. Согласно Госпрограмме, объем инвестиций, которые мы должны привлечь в этот сектор до 2015 года, ориентировочно составляет 250 млрд. грн.: 30 млрд. грн. должно быть выделено из госбюджета, 15 млрд. грн. — за счет местных бюджетов, а 205 млрд. грн. составят привлеченные средства…".

Дайте «зеленую улицу»!

Одним из наиболее перспективных и прогрессивных инструментов стимулирования притока отечественного и иностранного капитала в отечественный сектор НВИЭ энергетики сегодня называют "зеленый тариф" — украинский аналог компенсационной политики стран Евросоюза. В сентябре 2008 года Верховная Рада законодательно определила данный инструмент как тариф, по которому должна закупаться электроэнергия, произведенная из альтернативных источников энергии. Принцип его заключается в том, что "зеленый тариф" предполагает цену гораздо выше, чем та, по которой продают электроэнергию традиционные производители, при этом оптовый рынок электроэнергии Украины в лице ГП "Энергорынок" обязан покупать такой товар. "Зеленый тариф" рассчитывается по следующей формуле: розничный тариф для потребителей второго класса (по которому электроэнергию на энергорынке покупают юридические лица) умножается на коэффициент "зеленого тарифа", который устанавливается индивидуально для каждого из четырех основных видов источников "зеленой" энергии (солнце, ветер, вода, биомасса).

Депутаты также предусмотрели возможность продаж альтер-энергии по "зеленому тарифу" напрямую потребителям. К сожалению, реальные экономические или административные стимулы для такой покупки не предусмотрены, и, поскольку реальной выгоды для рядового украинца от этого нет, единственным покупателем электричества по завышенному тарифу на сегодняшний день является ГП "Энергорынок".

Кстати, ожидаемого всплеска интереса к отрасли со стороны инвесторов сразу после принятия закона не случилось. Посему уже в апреле 2009 года депутаты внесли в законодательство о "зеленом тарифе" несколько весьма логичных изменений и дополнений. Во-первых, были установлены государственные гарантии для предприятий, работающих по "зеленому тарифу", на получение этого тарифа до 2030 года, при этом с каждым годом у желающих присоединиться будет все меньше привилегий. Так, коэффициент "зеленого тарифа" будет уменьшаться для объектов, построенных или существенно модернизованных после 2014 года (на 10%), 2019-го (на 20%) и 2024 года (на 30%). Во-вторых, был введен запрет отказывать в доступе к электросетям их собственникам, а также — во избежание риска прогореть — была прописана привязка размеров "зеленого тарифа" к курсу евро. Для электричества, произведенного из основных видов альтернативной энергии, вместо среднего был установлен фиксированный минимальный "зеленый тариф".

Мнение профессионала

Борис Даневич, партнер адвокатской фирмы "Паритет":

— Уже давно очевидно, что реалии функционирования "зеленого тарифа" в Украине — вопрос действительно актуальный. На сегодняшний день он установлен для 60 субъектов хозяйствования (СХ), среди которых 5 ВЭС, 54 малые ГЭС и один СХ, производящий электроэнергию из биомассы. Достаточно показательной является заявленная мощность всех этих проектов в целом: 15 ГВт. Безусловно, это вызывает большую заинтересованность со стороны инвесторов, поэтому явно видна насущная потребность в усовершенствовании этого механизма с учетом приобретенного опыта.

Есть несколько существенных моментов, которые не могут не тормозить деятельность в этой сфере. Один из них — это трактовка термина "биомасса", который два базовых в энергетике закона определяют по-разному. В частности, Закон "Об электроэнергетике" несколько ограничивает этот термин привязкой к продуктам растительного происхождения, в то время как Закон "Об альтернативных источниках энергии" предусматривает и продукты растениеводства, и продукты животноводства. Эта простая, на первый взгляд, оговорка таит в себе много подводных камней и возможностей для отказа в утверждении "зеленого тарифа". Посему более рациональной была бы вторая трактовка, которая сняла бы несогласования, которые могут возникать на практике.

Второй момент — это принципиальная возможность применения механизма "зеленого тарифа" к тем субъектам хозяйствования, которые производят энергию комплексно, соединяя и альтернативные, и традиционные источники. Во-первых, Закон "Об электроэнергетике" не содержит какого-либо запрета или ограничения в применении "зеленого тарифа" для СХ, которые объединяют в производстве энергии альтернативный и традиционный способ. Во-вторых, на комплексных производствах уже отмечена высокая заинтересованность в возможности применения этого механизма. Однако постановлением НКРЭ установлен четкий запрет на утверждение "зеленого тарифа" упомянутым СХ, поэтому сейчас очень важно ответить на вопросы — будет ли дана возможность таким субъектам пользоваться данным тарифом и в каких пропорциях будет предоставляться тариф по отношению к произведенной комплексным способом энергии.

Наконец, всем известно, что сегодняшний перечень источников альтернативной энергии, для которых установлен минимальный коэффициент "зеленого тарифа", ограничен. А вопросы относительно других видов НВИЭ продолжают возникать. Рациональным в этом плане было бы принятие за основу постулатов законопроекта №4693, предлагающего расширить применение "зеленого тарифа" на доменный, коксовый газ и сбросный энергопотенциал технологических процессов.

Также хотелось бы обратить отдельное внимание на отсутствие в ст. 17-1 Закона "Об электроэнергетике" понятного механизма определения удельного веса сырья, материалов, основных фондов, работ и услуг украинского происхождения в стоимости строительства объекта, который вырабатывает электрическую энергию с использованием альтернативных источников энергии. Согласно закону, начиная с 2012 года он должен составлять не менее 30%, а с 2014 года — 50%. Что касается солнечных электростанций, то с 2011 года удельный вес солнечных модулей украинского происхождения должен составлять не менее 30%. Как его определять и каким документом подтверждать такой удельный вес, непонятно.

Не менее важным остается практический вопрос, с которым сталкиваются субъекты хозяйствования в подходе к этапу подключения к электросетям. Это собственно процедура присоединения к электросетям объектов альтернативной энергетики и возмещение затрат на строительство новых сетей, необходимых для подключения таких объектов. Несмотря на то что на уровне законов мы видим определенные бюджетные гарантии для реализации этого процесса, практического механизма — каким образом это реализовать — на сегодня нет.

Комментариев нет: